Старый город Самарканда – место, где история всё сделала правильно. Он не похож на города, где кто-то сказал: «Давайте построим старый город», – и в девяностые построили новый старый город. Здесь история, которой не нужна табличка «Настоящее». Она просто есть.
И это нервирует туристов. Потому что как фотографировать то, что уже сфотографировали все? Как стоять на площади Регистан и придумать что-нибудь оригинальное? Ничего не придумываешь. Стоишь. Смотришь. Потом фотографируешь. Так же, как все остальные. Тот же ракурс. Тот же свет. Потому что это единственный ракурс, единственный свет, единственное место. Регистан не даёт ошибиться. Регистан, как хороший учитель, задаёт задачу и сразу даёт ответ.

На площади стоят три медресе – бывшие исламские религиозные школы. Все три красивы. Все три разные. Но для туристов они сливаются в одно – место, где обязательно нужно побывать.
Стою посередине и думаю: пробовал ли кто-нибудь сфотографировать все три одновременно? Не по очереди. Сразу. Одним кадром. Наверняка пробовал. Наверняка эта фотография уже есть в интернете под названием «Самарканд», с сотнями сердечек и подписью «OMG so beautiful».

Потом замечаю: у стены одного медресе стоит мужчина и что-то продаёт. Не зазывает. Не предлагает. Просто стоит. Перед ним стол. На столе вещи. Не знаю, что за вещи. Не спрашиваю. Если спрошу, придётся что-нибудь купить. А если куплю, придётся тащить эту «вещь» с собой. А потом объяснять, почему в сумке лежит какая-то штука, купленная у самаркандского медресе, назначения которой никто не знает. Поэтому просто смотрю на него. Он смотрит на меня. Оба знаем правила игры. Он знает, что я не куплю. Я знаю, что он это знает. Наше молчаливое соглашение. История наблюдает со стороны.

История привыкла.