Кто-то тушит костёр ведром. Кто-то — шлангом. Кто-то тушит стометровый газовый факел ядерной бомбой.

Три года пробовали. Ведром. Шлангом. Долгое время. Три года, которые запомнятся. Не это. А то, что кто-то пытался. Три долгих года. И тогда отказались. Или нет. Нашли другой путь. Тот, которого никто другой не нашёл. Или не захотел. Или нашёл, но его отправили в отпуск.

Потом кто-то на совещании предложил: «Что, если применить ядерную бомбу?»

Обычно человека с таким предложением отправляют лечиться.
А там сказали: «Попробуем».

Разницу трудно объяснить. Не в том дело, что ядерная бомба — хорошая идея. А в том, что кто-то выслушал. И кто-то согласился. И кто-то сделал.
Восхитительная логика Советского Союза.
Работает.
Или работала.

Пока никто не спрашивает: «А что, если не надо?»

Три года горело. Никто точно не знает, сколько газа за это время улетело в небо. И никто не спрашивает. Если спросишь, придётся отвечать. А ответ — число. Число большое. Поэтому лучше не спрашивать. Лучше сказать: «Факел погас через 20 секунд после взрыва». Это звучит хорошо.

20 секунд.
Быстро. Эффективно.

Говорят о суммах, в которых нулей больше, чем ночных мотыльков на острове Фукуок. Правда ли это — неизвестно. Сколько мотыльков было на Фукуоке — тоже неизвестно. Но нули — штука интересная. Один ноль — десять. Два — сто. Три — тысяча. А потом наступает момент, когда считать уже не хочется.

Советский человек был практичным. Если факел высотой сто двадцать метров горит три года и не собирается гаснуть, пожарных не вызывают. Пожарная служба маленькая. Пожарная служба — местного масштаба. Пожарная служба нужна, когда горит соседский дом. Но газовое месторождение — не соседский дом. Газовое месторождение — это то, чего никто не видит. А если никто не видит, можно мыслить масштабно.

Позвали ядерных физиков. Если отступить на шаг назад, это логично. Газ — энергия. Ядерная бомба — энергия. Энергия побеждает энергию. Или проигрывает. Или превращается в другую энергию. В этом смысле с физикой всё ясно. Но физика не спрашивает: «Хорошая ли это идея?» Физика говорит: «Это возможно». Этого достаточно. Возможность ведёт к совещанию. Совещание ведёт к решению. Решение ведёт к дыре. Дыра ведёт к бомбе. А бомба ведёт к…

Через 20 секунд факела нет.

Всё началось с бурения. Искали газ. Газ нашли. Нашли немного больше, чем нужно. Скважина обрушилась. Газ загорелся. Вопрос уже не в том, где найти газ. Вопрос был, как от него избавиться.

Неподалёку от газового месторождения Урта-Булак. Или там, где оно было. Не знаю даже, насколько это «неподалёку». Близость — понятие относительное. Если кто-то взорвал ядерную бомбу, то где рядом? А где далеко? Факела нет. Факт, который можно проверить. Посмотрел. Факела не увидел. Увидел пейзаж. Увидел пустыню. Место, похожее на любое другое. Ядерная бомба не оставляет следа, который заметит турист. Она оставляет след, который измеряют. Измерение — это работа. Работа — это то, чем туристы не занимаются. Мы смотрим. Мы фотографируем. Мы уезжаем.

Уехал.
Не фотографировал.
Что тут фотографировать? Пейзаж, похожий на любой другой? Скважину, которой не видно? Факел, которого нет?

Сфотографировал свою обувь. Они были там.